Mishanya (samiznaetekto) wrote,
Mishanya
samiznaetekto

Дом Ленинградской Торговли, ДЛТ: история появления.

Аббревиатура ДЛТ была и остаётся знакомой многим далеко за пределами Ленинграда. Да и не только аббревиатура, но и само огромное застеклённое здание серого цвета на улице Желябова знали все ленинградцы и большинство гостей нашего города. В советское время приезжие, отправляясь «в центр» за покупками, метались между тремя большими торговыми точками — Пассажем, Гостиным двором и ДЛТ.

В «Гостинке» купить можно было всё, но вокруг тесно, хамовато и душно, Пассаж специализировался на товарах для женщин, а ДЛТ — на детских товарах. На узкий тротуар улицы Желябова под вечер вываливались усталые, но удовлетворенные граждане, держащие в каждой руке по пять пакетов, груженых пластмассовыми Буратино, Олимпийскими Мишками и железными дорогами, карнавальными костюмами и зимними сапогами навырост. Среди ленинградских детей не найдётся ни одного, кому что-нибудь не купили в ДЛТ.


Дом Гвардейского экономического общества, 1913 год.

Как при открытии более ста лет назад назывался любимый многими магазин? При чём тут Офицерское собрание и Военторг? Что необычного в его конструкции? Почему он называется ДЛТ, а не ЛДТ? Давайте разберёмся, что к чему и почему.

Когда сто с лишним лет назад рассматриваемый нами торговый дом строился, он меньше всего предназначался для детей — к продаже планировались исключительно «мужские товары» для столичного гвардейского гарнизона. Несмотря на значительные выплаты — пайковые, прогонные, квартирные, на содержание денщиков — денег гвардейцам никогда не хватало. На казённом обеспечении находились только нижние чины, а офицерам выплачивалось жалованье, на которое они должны были не только столоваться и одеваться, но и вести довольно расточительный образ жизни. Положение обязывало снимать достойные квартиры, посещать хорошие рестораны — «Кюба», «Донон», «Контан», «Медведь» (все, кстати, в двух шагах от Конюшенной), заказывать дорогое шампанское, в меру кутить (а вот посещение портерных, пивных, вокзальных буфетов категорически запрещалось).

Офицеры ежемесячно скидывались на Офицерское собрание, сообща делали дорогие подарки выходящим в отставку однополчанам. В общем, честь мундира подразумевала не только «гвардейское» поведение, но и соответствующие траты. Положение положением, но жить как-то было надо, и, после длительных дискуссий по вопросу «совместима ли коммерция с офицерской честью?», снабжением самих себя Офицерское собрание решило заняться самостоятельно.

В 1891 году было учреждено кооперативное акционерное общество, целью которого было «доставлять своим потребителям необходимые для них предметы, главным образом обмундирование, снаряжение, обувь и бельё вполне хорошего качества по возможно низким ценам». Вступить в общество имели право все офицеры гвардейских частей, а вот негвардейцы могли стать «годовыми подписчиками», заплатив членский взнос. Император Александр III, генерал от кавалерии и генерал от инфантерии, пожертвовал 25 тысяч рублей, ставшие неприкосновенным капиталом компании.

Первый военторг, что-то вроде военного распределителя, открыли на углу Кирочной и Литейного, в недавно построенном здании Офицерского собрания (1898). Назвав номер пая, покупатели могли приобрести как промышленные, так и продовольственные товары по щадящим «внутренним» ценам. Вскоре полезный адрес стал известен и горожанам, и каждое утро на Литейный за «мясом, живностью и дичью» стекались ушлые штатские. Купцы возмутились: дескать, недоброкачественная конкуренция! Но чиновники рассудили, что Гвардейское экономическое общество платит налоги наравне с остальными торгово-промышленными заведениями и вольно назначать цены по своему усмотрению.


Жетон экономического общества офицеров гвардейского корпуса

Крыло здания на Кирочной быстро перестало вмещать всех желающих, прибыль росла, как снежный ком, и в 1907 году военные решили перевести бизнес на новые рельсы — построить в центре города огромный фешенебельный универмаг не хуже парижских «Больших магазинов».

Строить решено было на участке, где в XVIII веке жил несчастный кабинет-министр Артемий Волынский, казненный Анной Иоанновной. Был канцлер не то чтобы особенным патриотом, но политически деятельным и инициативным, за что и пострадал. В 1907 году участок от Конюшенной до Мойки и купило Гвардейское экономическое общество. На участке дома № 21 находился извозчичьий двор — каменное двухэтажное здание, называемой «Волынским» или «Волынкиным» двором. В построенном в 1836 году доме № 23 находились так называемые Волковские номера — небольшая дешёвая гостиница. Здесь останавливались М. И. Глинка и М. Е. Салтыков-Щедрин.


Угол Большой Конюшенной и Волынского переулка: Волынкин двор и доходный дом дом Н. А. Мельцера до начала строительства, фотография 1907 года. Ежегодник ОАХ, Вып.3, 1908, С.67


Волынкин двор, 1905 год.

Изначально комплекс Гвардейского экономического общества был задуман как многофункциональная структура, включающая торговое заведение на углу Большой Конюшенной улицы и Волынского переулка (сам будущий ДЛТ, собственно), доходный дом на набережной реки Мойки и жилой корпус для служащих между ними. И конкурс, о котором расскажу чуть позже, подразумевал как раз-таки застройку всего участка. Но позднее объём первой очереди строительства ограничили угловым торговым зданием. Собственно, из всего задуманного только это здание и построили.


Левый фасад по улице Желябова (Большой Конюшенной), современный вид.


Дом Гвардейского экономического общества. Фасад по Большой Конюшенной улице, 1909 год.

На Большой Конюшенной в 1908 году стали строить торговый дом по проекту Вирриха. Эрнест Виррих известен в нашем городе, по большому счёту, двумя постройками — этим зданием и комплексом Политехнического института. Строителем, однако, он был опытным и даже продвинутым.


Бетонные работы на строительстве Дома ГЭО, 1908 год.

Всю конструкцию придумал сделать из железобетона, который тогда как раз начинали широко использовать: под зданием на глубине 3,4 м залегает бетонная плита толщиной 80 см, а дальше весь каркас целиком отлит из железобетона. Для 1900-х годов вполне прогрессивное решение, но дальше для архитекторов возникла проблема: как одеть этот скелет . В данном случае не особенно мучались, наш стиль — классицизм. Ибо модно. И модерн — тоже модно. Смешаем лучшее от того и от этого, получим эклектичное, красивое, практичное. Заложенный 18 июля 1908 года уже 7 декабря 1909 года торговый дом был открыт.


Правый фасад по Волынскому переулку.

Вот здание и наделили рядом классических деталей: пилястры, разные орнаменты, чугунные венки, фронтон над карнизом, стилизованные гермы ротонды, поддерживающей классический же шпиль. Кстати, на шпиле изначально была звезда. Восьмиконечная такая звезда.


Восьмиконечная звезда, фотография 1910 года.

Ну а в советское время её, конечно, поменяли на пятиконечную, соответствующую эпохе. А уже во время крайней реконструкции вернули историческую звезду.


Пятиконечная звезда, венчавшая шпиль до реконструкции 2005 года.

Есть мнение, что фасад, в итоге, получился плоским и гладким, а этажные членения гигантскими, тем более что второй и третий этажи объединяли огромные арки. Итог вышел несколько голым, но улица узкая, здание высокое, поэтому в глаза не бросается. На мой взгляд всего здесь в меру, и выглядит оно очень гармонично. Функционально тоже вполне убедительно: атриумы воздушные, внутри просторно и светло.


По Большой Конюшенной ещё нет малого зала. Закончена первая очередь строительства, фотография 1910 года.

Изначально полезная площадь здания должна была быть гораздо больше, поэтому в 1912 году сломали соседний дом по Конюшенной и пристроили второй, малый, зал, объединив их общим фасадом. Здание выглядит как единое целое, составляющих частей не замечаешь вовсе. И скромность общего фасада выглядит вполне достойно. В Европе, правда, в это время сильно экспериментировали в духе модерна, и эти веяния хоть здесь в элементах и проскальзывают, такой прям «модерн-модерн» не случился.


Строится вторая очередь — "малый зал«. Фотография 1912 года.

Но вернёмся же к конкурсу проектов. На архитектурный конкурс было представлено 25 проектов (по другим данным — 26, но разница в один проект не столь существенна), но ни один не был принят в первоначальном виде. Жюри во главе с влиятельным немецким архитектором Отто Вагнером посоветовало разработать некий коллективный проект, что и осуществил Эрнест Виррих, сам занявший в конкурсе лишь четвертое место.


Дом Гвардейского экономического общества. План 1-го этажа, 1908 год.

Во многих источниках, в том числе и на официальном сайте ДЛТ, упоминается, что в проектировании принимали участие архитекторы Леонтий Бенуа и Павел Сюзор. Однако признанный специалист в области архитектуры начала века Борис Михайлович Кириков в своём труде «Архитектура Ленинградского авангарда» это никак не подтверждает. Более того, в биографиях обоих архитекторов этого объекта тоже нет и быть не могло. Таким образом, главным строителем был назначен Эрнест Виррих, его заместителем Степан Кричинский, в состав творческого коллектива вошли также Н. В. Васильев, И. В. Падлевский и Б. Я. Боткин. Консультантами по техническим вопросам выступали Н. А. Белелюбский, Н. А. Житкевич, В. П. Стаценко, В. А. Шевалев.

У военных во все времена слово редко расходилось с делом, и гигантский по тем временам магазин возвели всего за восемь месяцев. По­-европейски элегантный, оборудованный по последнему слову техники универсальный магазин открылся 7 декабря 1909 года. От покупателей отбоя не было. Военная дисциплина распространялась и на стиль торговли: здесь отпускали товар «полным весом и мерой», по установленным ценам, без базара и жульничества, — словом, все было по уставу.


Центральный торговый зал, 1910-е.

В свойственной военным манере, каждое действие определялось строго по инструкциям. В 1911 году они были сведены в обширный "Сборник правил Гвардейского экономического общества« — своего рода устав, изданный для служебного пользования.

Шестьсот с лишним статей «Сборника правил Гвардейского общества» регламентировали каждое телодвижение служащих: «Провожатым на лифтах воспрещается поднимать прислугу отдельно от господ», «Чеки выписывать только химическим, а не обыкновенным карандашом», «Выручку в присутствии покупателя не подсчитывать», «Всякое заявление на нелюбезность или невнимательность приказчика к покупателю влечёт обязательную сбавку процентного вознаграждения».

Понятно, что штатских было уже палкой не отогнать, и вскоре котелков и цилиндров, а также дамских шляпок, в магазине стало больше, чем офицерских фуражек. На Конюшенной ежедневно наблюдались «вереницы роскошных автомобилей, нарядных экипажей, таксомоторов и просто извозчиков, ожидавших своих владельцев и седоков». Ходили в «гвардейку» и ради любопытства — поглазеть на раззолоченные электрические лифты, на безукоризненно одетых и вежливых служащих, выпить кофе, сидя в бархатных креслах и разглядывая через огромные окна Конюшенную улицу.


Интерьер магазина в 1910-х годах.

Стабильная прибыль от магазина позволила Гвардейскому обществу в 1912–1913 годах "расшириться« — и само здание увеличить, и филиалы открыть: в Гатчине, Петергофе, Красном и Царском Селе открылось 9 филиалов.

По сравнению с тесными лавками Гостиного двора или толчеёй Пассажа хоромы Гвардейского общества производили сильное впечатление. И всё было хорошо, пока не случился 1917 год. Процветание закончилось чуть позднее, в 1918: в национализированном разграбленном универсальном магазине расположился распределительный пункт. Всё, что оставалось к этому моменту на складах, а в огромных «гвардейских» мастерских с самого открытия шилось обмундирование, обувь и даже сёдла, было передано Красной армии.

Спустя несколько месяцев советская власть усомнилась в правильности разгона потребительских обществ, но неловкие попытки организовать новый военный кооператив вместо разорённого успеха не имели. Только в 1927 году теперь уже бывший Гвардейский магазин вновь стал торговым заведением, но к военным кооператорам отношения уже не имел. Магазин перешёл в ведение Ленинградского союза потребительских обществ, и спустя десять лет анархии, «в преддверии 10-летия Октябрьской революции», 3 ноября 1927 он открылся для покупателей как ДЛК ЛСПО. И да, из подвалов наконец откачали воду после наводнения 1924 года.


3 ноября 1927 году универмаг был открыт как «Дом ленинградской кооперации ЛСПО» (ЛСПО — Ленинградский совет потребительских обществ).

Страничка истории: в стране колоссальный дефицит всего, из-за громадных очередей товары распределяются по талонам и ордерам. Право преимущественной покупки предоставлено ударникам труда, а «не ударники» годами ждут своей очереди подойти к прилавку. Через два года введут карточную систему, поделив горожан на четыре категории.

«Специалисты» (так называли партийных работников) получат, конечно, самые жирные куски; работники фабрик, заводов и контор — скромный паёк с селёдкой и крупой; «иждивенцы» (неработающие — больные, старики и дети) — минимум, чтобы не умереть; а «лишенцы» (духовенство, бывшие дворяне) будут действительно лишены всего. По вновь созданной системе им не полагалось ничего: ни масла, ни хлеба, они могли что-то купить только в магазинах «Торгсина» («Торговля с иностранцами»). В «Торгсине», предшественнике «Берёзки», торговали за золото. Это был эффективный, с точки зрения власти, способ вытягивать у «бывших» драгоценности, еще уцелевшие после всех чисток и национализаций. Огромный отдел «Торгсина» располагался и в Доме ленинградской кооперации (ДЛК), так теперь стал называться магазин. Конец странички истории.

Фотографии того времени — и смех, и грех. Вот обувной отдел: в ассортименте валенки и калоши, покупатели разматывают портянки. Женщины, все как одна в платках и темных пальто, нависают над прилавком. Денег на руках почти нет — товар отпускают за кооперативные боны или по заборным книжкам — "только членам кооператива" (вспомним Остапа нашего Бендера).


В обувном отделе Дома Ленинградской кооперации. 1928 г. /ЦГАКФФД/

"Потребкооперация« — модное в 1920-х годах слово. Дворец культуры имени Ленсовета на Петроградке (дойдёт и до него дело, надеюсь) строился как раз для работников потребительских кооперативов, потому в разговорах старшего поколения ещё можно услышать слово «промка». Так вот эта самая «потребкооперация» стремилась хоть как-то насытить абсолютно пустой рынок. На комиссионных началах в ДЛК принимались изделия кустарей — корзины, картины, картонки. Многочисленные артели, занявшие гвардейские мастерские, шили верхнюю одежду и детское платье.

Лозунг того времени — "Строя кооперацию, мы строим социализм«. Не построилось ни то, ни другое: в 1935 году кооперацию в городах ликвидировали, а все имущество передали в систему Наркомвнуторга — ДЛК стал государственным предприятием. Тогда же тут разместились организации, производившие хлеб, игрушки, безалкогольные напитки.

Ходят городские легенды о том, как он стал ДЛТ: мол, в проекте он назывался ЛДТ, Ленинградский дом торговли. Но чуть ли не за день до открытия был переименован в Дом ленинградской торговли, потому как в аббревиатуре «ЛДТ» кому-то почудились инициалы Льва Давидовича Троцкого. Про Сталина, Троцкого, ледоруб и прочее всем, я думаю, известно. Хотя ДЛТ вполне себе нормально получается из ДЛК: меняем запрещённую «кооперацию» на привычную"торговлю«. Так что байки это всё про ДЛТ — ЛДТ.

Жизнь прождолжалась. ДЛТ не прекращал работу даже в годы войны, распределяя оставшиеся товары из закрывшихся Пассажа и построенного перед войной Фрунзенского универмага на углу Обводного канала и Проспекта имени Сталина. Работники ДЛТ жили здесь же, в здании. На угловой башне дежурили бойцы ПВО.


Примерка школьной формы. 1951 г.

В советское время тут всё было как везде: соцсоревнование, выполнение и перевыполение плана, переходящие красные знамёна, дефицит, очереди, торговля по карточкам, продукция «Скорохода» и «Большевички», ярмарки, улыбающиеся дети, школьные и новогодние базары, ёлки в огромных холлах, пластинки группы «КИНО», конструкторы, железные дороги, «мама, купи вот это, пожалуйста!», двадцать два филиала — "Детских мира« — по городу. В 80-е годы и я его помню — большим таким, красивым и каким-то сказочным.

Годы советской власти хоть и не принесли этому магазину планировавшейся когда-то славы, но сделали его местной легендой. ДЛТ в жизни Ленинграда это не место изобилия, это процесс, путешествие. И это путешествие совершали хотя бы раз все ленинградские дети. Перепрофилирование универсального магазина в магазин с самым большим отделом детских товаров сделало ему судьбу. Поразительным образом все воспоминания ленинградцев о ДЛТ сходятся в одном — мамы возили сюда детей за покупками, дети ездили за мечтой.


Журнал «Советский Союз», № 4, 1953 год, страница 40.

Дети 50-х вспоминают часы, проведённые перед витринами с немецкими куклами, дети 60—70-х — огромный отдел гэдээровских игрушечных железных дорог, девочки начала 90-х — немыслимое изобилие Барби в те времена, когда одна кукла стоила целую родительскую зарплату. И все вместе помнят какое-то совершенно особо роскошное новогоднее убранство ДЛТ, где в центре Большого зала устраивали елочный базар.

Конечно, сюда приходили не только с детьми. Особо продвинутые дамы 70-х вспомнят, в частности, что в ДЛТ был особо ценный отдел нижнего женского белья — там, например, часто «выкидывали» кружевные бюстгальтеры, которые, не в пример сшитым из стеганного атласа доспехам, не стояли колом, а напоминали женскую грудь. Перед таким соблазном не могли устоять ни сотрудники близлежащих НИИ и академических институтов, ни школьницы — с криком «Девочки, „сачки“ дают!» широкие дамские народные массы покидали насиженные рабочие места.

И всё было хорошо, пока не случился 1991 год.


Новогодний базар. Фото И. Куртова. ЛенТАСС. 1982 г.

В 1991 году создали акционерное общество, но универмаг не приватизировали. Торговля продолжалась. Интерьеры остались аутентичными, хоть и потрёпанными. В какой-то момент универмагов в Ленинграде-Петербурге стало предостаточно: в каждом городском районе появился свой. А в центре ленинградцев и гостей нашего города по-прежнему делили между собой «Гостиный двор», «Пассаж» и ДЛТ. Однако особая аура была только у ДЛТ.


1990-е годы.

В 2002 город захотел вернуть предприятие себе и, после затяжного и небескровного конфликта, таки вернул. И продал. В 2005 году аналитики оценили ДЛТ в $10–15 млн. И начался градиозный ремонт. Он длился с 2005 по 6 сентября 2012 года. А про открывшийся филиал ЦУМ мне ничего говорить не хочется. Единственное, что мне в нём понравилось, это небольшая выставка ретро-фотографий в малом зале. Но даже она просуществовала недолго.


Журнал «The Village», 2012.

«От старого ДЛТ — Дома ленинградской торговли — остались роскошные лестницы, кованые лампы и перила и куполообразный стеклянный потолок. Но не дух: теперь это пустынный дорогой магазин, залитый беспощадно ярким светом.»

Список использованной литературы:
[Spoiler (click to open)]http://www.d-c.spb.ru/archiv/42/18.html
http://www.d-c.spb.ru/archiv/37/36.html
http://adresaspb.ru/arch/adresa_22/22_006/22_06.htm
http://kn.sobaka.ru/n48/08.html
http://kn.sobaka.ru/n48/01.html
http://www.kommersant.ru/doc/2012040
http://www.admagazine.ru/inter/33956_100-let-legendarnomu-magazinu-dlt.php
http://www.afisha.ru/spb/shop/82723/review/445680/
http://www.alyoshin.ru/Files/publika/kirikov/kirikov_arch_avang.pdf
http://interesniy-spb.livejournal.com/399722.html
http://www.citywalls.ru/house1063.html
http://www.citywalls.ru/house672.html
http://22sobaki.livejournal.com/63047.html
http://www.dlt.ru/o-dlt/history.html
http://voenekonom-obsh.livejournal.com/3559.html
http://walkspb.ru/zd/dlt.html


На этом всё.
Tags: Ленинград, история, обзор, язнаюмногопроэтотдом
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 123 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →